Обретение портрета

До 6 июня 1961г.  — дня первой экспозиции молодого московского музея Пушкина — никто и не знал, как на самом деле выглядел маленький Саша. Так и не узнали бы мы и по сей день,  если бы замечательный советский актёр Всеволод Семёнович Якут не подарил портрет государственному музею А.С. Пушкина в Москве.

Эта история о людях, которые обретая поистине ценные для мира вещи, вещи, которые неизмеримо больше их семейного периметра, способны расстаться с ними, не требуя ничего взамен. Но в России очень часто бывает так, что ценность этих реликвий дарителям приходится доказывать. Словом,  дело было вот как…

358368
В.С. Якут в роли Пушкина. 1957г.

Якут играл Пушкина в пьесе Андрея Павловича Глобы «Пушкин». Более 800 раз выходил Всеволод Семёнович на сцену в образе поэта и, как вспоминают очевидцы, играл он замечательно.

В 1950г. Театр им. Ермоловой был на гастролях в Ленинграде. Однажды после спектакля, к Якуту подошла красивая, высокая дама. Поблагодарив за игру, она протянула артисту свёрток с миниатюрой и запиской о портрете. В суматохе театра он якобы не запомнил фамилию дарительницы — только имя и отчество — Елена Александровна. Всеволод Семёнович, по его словам, хотел отказаться от столь ценного дара, но дама наотрез отказалась брать подаренную вещь обратно. Она лишь попросила не публиковать до поры портрет. В театре все кинулись обсуждать «похож — «непохож», на том дело и закончилось.

Mudrov_Matvey
М.Я. Мудров

Как знать, может историю эту Всеволод Семёнович немного мистифицировал. Фамилия дарительницы известна — это Елена Александровна Чижова (в девичестве фон Дрейер), праправнучка Матвея Яковлевича Мудрова, известного русского врача, одно время лечившего семейство Пушкиных.

«За годы войны старшая медсестра Е. А. Чижова спасла сотни солдатских жизней, — писала «Ленинградская правда» от 9 марта 1945 года. — Об этой женщине тепло вспоминают сотни бойцов и командиров, от души желая ей долгой и хорошей жизни. Три её ордена свидетельствуют о бесстрашном сердце русской женщины, идущей с санитарною сумкой по полям боев в Восточной Пруссии»

«Одинокая и доброжелательная ко всему живому, она подбирала на улицах бездомных щенков и кошек, лечила их, кормила, ухаживала», — писал о ней Валентин Пикуль.

Умерла она в 20 декабря 1973г. в Печорах.

Так зачем же Всеволод Семёнович придумал эту историю с забытой фамилией? О Елене Александровне многие знали, как и о её семействе. Встречаются упоминания о том, что у В.С. Якута хранился не только портрет, но и редкое издание «Евгения Онегина», подаренного матерью поэта семье Мудровых.

Нам кажется, что разгадка кроется вот в чём:  в 1949г. Елена Александровна уже пыталась отдать портрет в музей. Она рассказала музейщикам семейное предание, что портрет был подарен Надеждой Осиповной Пушкиной Софье Матвеевне Мудровой, дочери врача, который был домашним доктором родителей поэта. Дочь Мудрова была выдана за Великопольского, мота и картежника, ныне всеми забытого поэта, памятного, пожалуй, одной лишь строчкой: «Глава „Онегина“ вторая съезжала скромно на туза». Дочь же Великопольских, Надежда Ивановна, стала женою Николая Андреевича Чаплина, деда Елены Александровны. Мать рассказывала Чижовой, что эта миниатюра памятна ей с детства как самое драгоценное в их семье. Детям даже не позволяли её касаться.

В 1949г., усомнившись в правдивости легенды, музейщики портрет не взяли. А уже в 1950г. Елена Александровна преподносит миниатюру Всеволоду Семёновичу Якуту. Неужели она не рассказала ему эту печальную историю неудавшегося похода в музей?… У знаменитого на всю страну Якута — Пушкина куда больше шансов убедить специалистов заняться портретом, чем у  Чижовой — скромного героя войны и дворянского отпрыска.  Похоже, Всеволод Семёнович убедил.

Natalya_Baranskaya
Н.В. Баранская

Убедил Наталью Владимировну Баранскую, заместителя директора тогда нового музея Пушкина в Москве.  Наталья Владимировна со всей серьёзностью отнеслась к атрибуции портрета, что было делом весьма сложным  — прижизненных портретов ребёнка-Пушкина не существовало. К задаче подключили криминалистов. Изучив все известные прижизненные  портреты, посмертную маску и сделанные с неё изображения, учёные пришли к выводу, что перед нами маленький Пушкин кисти Ксавье де Местра, который был частым гостем в доме Пушкиных, давал уроки рисования сестре Ольге и написал не только портрет маленького Саши, но и его матери — Надежды Осиповны.

500px-Xavier_de_Maistre
Ксавье де Местр

Женат он был на тётке Натальи Николаевны Пушкиной — Софье Ивановне Загряжкской. Умер де Местр на даче Натальи Николаевны, уже Ланской. Вот такие хитросплетения.

О Наталье Владимировне Баранской, не отринувшей портрет, стоит сказать отдельно. Она была человеком редкой чести и достоинства. В 1958г., когда Наталья Владимировна уже была назначена заместителем директора музея, она отказалась подписывать письмо, осуждающее Бориса  Пастернака. В 1966 году после приглашения Иосифа Бродского для чтения стихов и вечера Анны Ахматовой, когда была открыто выставлена фотография Николая Гумилева, Баранская подверглась публичному осуждению и была вынуждена уйти из музея.

Вот такие удивительные человеческие истории стоят за привычными глазу вещами и реликвиями.