Где стол был яств, там гроб стоит. Мойка 12. Передняя.

Пушкин скончался в день рождения своего доброго друга Жуковского 29 января в 2.45 пополудни. 15 февраля 1837г. Василий Андреевич писал отцу Пушкина Сергею Львовичу:

Когда все ушли я сел перед ним и долго смотрел ему в лицо. Никогда на этом лице я не видел ничего подобного тому, что было на нём в эту первую минуту смерти. Голова его несколько наклонилась; руки, в которых было за несколько минут какое-то судорожное движение, были спокойно протянуты, как будто упавшие для отдыха, после тяжелого труда. Но что выражалось на его лице, я словами сказать не умею. Оно было для меня так ново, и втор же время так знакомо! Это было не сон и не покой! Это не было выражение ума, столь прежде свойственное этому лицу; это не было также и выражение поэтическое! нет! какая-то глубокая, удивительная мысль на нём развивалась, что-то похожее на видение, на какое-то глубокое, удовольствованное знание. <…> В эту минуту, можно сказать, я видел самоё смерть, божественную, тайную  смерть без покрывала. <…> Я уверяю тебя, что никогда на лице его не видел я выражения такой глубокой, величественной, торжественной мысли.

Прошло лишь три четверти часа после смерти Пушкина, как тело его вынесли в переднюю, а кабинет опечатали, в соответствии с повелением Николая I. Пушкина, судя по всему, положили на стол. Жуковский вовремя вспомнил, что с покойного нужно снять маску, и это было немедленно исполнено.

fullsizeoutput_50d
Передняя в квартире на Мойке 12

Позже Пётр Александрович Плетнев писал:

Перед тою минутою, как ему глаза надобно было на веки закрыть, я поспел к нему. Тут были и Жуковский с Михаилом Виельгорским, Даль (доктор и литератор), и ещё не помню кто. Такой мирной кончины я вообразить не имел прежде. Тотчас отправился к Гальбергу. С покойника сняли маску, по которой приготовили теперь прекрасный бюст.

fullsizeoutput_50f

Пригласили и художников. Одним из первых пришёл Аполлон Николаевич Мокрицкий. Его рисунок, выполненный 29 января, вы видите наверху (обратите внимание: на рисунке отчётливо видны печати на дверях кабинета Александра Сергеевича). «На другой день, — вспоминал Жуковский, — мы, друзья, положили его своими руками в гроб».  «Как он был лёгок», — вспоминал Аркадий Осипович Россет.

15363175555_56252e2e4b_b
Рисунок Фиделио (Фёдора) Бруни.

«Пока его тело было выставлено в доме, наплыв народа был ещё больше, толпа не редела в скромной и маленькой квартирке поэта», — вспоминал Иван Сергеевич Тургенев, тогда восемнадцатилетний студент Петербургского университета.

pushkin_15
Рисунок В.А. Жуковского

«В течение трёх дней, в которые его тело оставалось в доме, множество людей всех возрастов и всякого звания беспрерывно теснились пёстрою толпою вокруг его гроба. Женщины, старики, дети, ученики, простолюдины в тулупах, а иные даже в лохмотьях <…>», — вспоминала княгиня Ек.Н. Мещерская — Карамзина.

fullsizeoutput_511
А.А. Козлов «Пушкин в гробу» 1837 (?)

Местом отпевания в пригласительных билетах, разосланных накануне, значился Исаакиевский собор (предел Исаакия Далматского в церкви Адмиралтейства. Нынешний Исаакий тогда только строился). Однако неожиданно, видимо опасаясь волнений, было приказано тело вынести ночью тайно в церковь Спаса Нерукотворного образа Конюшенного ведомства. Но и туда люди дорогу нашли.

fullsizeoutput_513
С.М. Воробьёв «Церковь Спаса Нерукотворного образа придворного Конюшенного ведомства» середина XIXв.

«(1 февр.) Похороны Пушкина.Это были действительно народные похороны. Всё, что сколько-нибудь читает и мыслит в Петербурге, — всё стекалось к церкви, где отпевали поэта. Это происходило в Конюшенной. Площадь была усеяна экипажами и публикою, но среди последней ни одного тулупа, или зипуна. Церковь была наполнена знатью. Весь дипломатический корпус присутствовал. Впускали в церковь только тех, кто был в мундирах, или с билетом.», — вспоминал А.В. Никитенко.

Однако А.О. Россет о знати отзывался не столь благосклонно. Он сообщил П.А. Бартеневу, что «знать стала навещать умиравшего поэта, только прослышав о благосклонности царя». Так что на похороны многие пришли уже с царского благословения.

Студенты, сговорившиеся вместе идти на похороны Пушкина, бросились к Адмиралтейской церкви. Поняв, что Пушкин на Конюшенной, устремились туда. Но протолкнуться через полицейские кордоны было тяжело, и лишь немногие попали в церковь. Сразу после прощания гроб на мгновенья вынесли на улицу и внесли в расположенные рядом с церковью ворота и поместили в заупокойный подвал.

%d0%ba%d0%be%d0%bd%d1%8e%d1%88%d0%b5%d0%bd%d0%bd%d0%b0%d1%8f-%d1%86%d0%b5%d1%80%d0%ba%d0%be%d0%b2%d1%8c-2
Церковь Спаса Нерукотворного образа сегодня (с 1991г. принадлежит РПЦ)

Сопровождать Пушкина в Псков, к Святым Горам, дозволили лишь А.И. Тургеневу да преданному слуге Александра Сергеевича Никите Козлову.

Но это уже другая, не менее печальная история. Пушкин навсегда покинул  свою последнюю квартиру на Мойке 12.